 |  |
|---|
Educandato
Maria Cristina
di Savoia
Нгопп в патчах
 Maria Cristina di Savoia in una sala della Reggia di NapoliCarlo De Falco, 1836 Napoli, Palazzo Reale |
|---|
 Vista dal cortile internoFoto di: @gianni.scc |
|---|
 Targa in onore alla regina, cortile internoFoto di: @forumgiovanimugnanodelcard |
|---|
 Maria Cristina di SavoiaAutore sconosciuto Olio su tela Galleria Palatina, Palermo |
|---|
 Fernando II Re delle Due SicilieGiuseppe Bonolis, 1835 Olio su tela Palazzo Reale, Caserta |
|---|
La storia del poderoso edificio a tre piani, attiguo al santuario di S. Filomena di Mugnano del Cardinale, noto come Educandato Maria Cristina di Savoia, è intimamente intrecciata a quella del santuario stesso.
Nel 1847, infatti, poco tempo dopo la scomparsa di don Francesco di Lucia (fondatore del culto di S. Filomena a Mugnano del Cardinale), dal monastero Regina Coeli di Napoli, furono inviate a Mugnano del Cardinale quattro religiose dell’Ordine delle Suore della Carità, col compito non tanto di collaborare con don Giovanni Bellofatto, successore del di Lucia, ma per assumere in maniera diretta e completa la direzione del santuario e la gestione, anche economico-finanziaria delle connesse attività religiose ed assistenziali.
Di quel primo drappello di suore faceva parte, con titolo e mansioni di superiora, suor Concetta Attanasio, definita dallo storico Antonio Iamalio «intelligente, attivissima e ambiziosa un bel po’».
Al loro arrivo a Mugnano, le quattro suore furono ospitate in una modesta casa (definita dalle cronache dell’epoca «rozzo casamento»), eretta alcuni anni prima da don Francesco di Lucia, che però non era più consona alla crescente importanza del santuario, visitato spesso dalla famiglia reale e, nel 1849, addirittura dal papa Pio IX.
Per tali motivi – e dietro pressanti richieste di suor Concetta Attanasio – si decise, quindi, di costruire, al posto del «rozzo casamento», un più grande e prestigioso edificio, in cui accogliere non solo le suore ma anche un orfanatrofio, auspicato, sin del 1836 (poco prima della prematura morte) dalla regina Maria Cristina di Savoia, prima moglie del re Ferdinando II.
Nel 1848, dunque, grazie ad un cospicuo finanziamento di dodicimila ducati erogato dal governo, l’opera ebbe inizio con l’abbattimento del fabbricato esistente e con l’erezione del nuovo edificio.
Grazie anche ad ulteriori finanziamenti da parte del Comune di Mugnano, alla fine del 1852 gli sforzi di suor Concetta furono finalmente coronati dal successo con il completamento del nuovo edificio, a tre piani, nel quale, l’11 gennaio 1853, furono ufficialmente ricevute cinquanta orfane dell’Orfanatrofio di S. Francesco di Sales in Napoli, dove esse erano in esubero.
L’istituto nacque, quindi, sostanzialmente come orfanatrofio, rispettando così le intenzioni della regina Maria Cristina, tuttavia sulla porta d’ingresso fu collocata la seguente epigrafe che definiva l’edificio «monastero» e non «orfanatrofio» e non faceva alcun accenno alla regina che l’aveva voluto: «MONASTERO DI S. FILOMENA / ISTITUITO SULLE REGOLE DELLE SUORE DELLA CARITÀ / PER L’ASSISTENZA DEGL’INFERMI E PER LE SCUOLE ESTERNE GRATUITE / FONDATO DA S. E. IL MARCHESE DI PESCARA E VASTO / D. ALFONSO D’AVALOS / L’ANNO MDCCCLI / E CON EDUCANDATO DALLA SOVRANA MUNIFICENZA MANTENUTO».
Dopo l’Unità d’Italia, l’edificio accolse anche una Scuola Normale femminile e l’epigrafe poc’anzi citata (spostata nell’androne dell’edificio) fu sostituita, su probabile proposta del prof. Iamalio, con una nuova lapide (tuttora esistente) recante l’iscrizione: «QUESTO EDIFICIO / SORSE / PER LA CARITÀ E PER LA FEDE / DI SUA MAESTÀ / MARIA CRISTINA DI SAVOIA / REGINA DELLE DUE SICILIE».
Rimanendo nella stessa sede, nel 1935 la Scuola Normale si trasformò in Scuola Magistrale, Tecnica e Ginnasiale e come tale sopravvisse fino agli anni della Seconda Guerra Mondiale.
Fra il 1970 e il 1980, l’edificio ospitò, infine, una sezione staccata del Liceo Scientifico «P. Mancini» di Avellino.
Кто была королева?
История королевы Марии Кристины Савойской начинается солнечным утром 14 ноября 1812 года, но, конечно же, не заканчивается ее смертью. Потому что, как и все великие персонажи, ее слава остается на протяжении многих лет в памяти тех, кто ее любит, она сохраняется на протяжении веков в ее произведениях, сопротивляется времени благодаря похвале тех, кто ее уважает. Потому что он - фигура, окутанная очарованием таинственности, вокруг которой продолжают развиваться анекдоты и предположения. Несомненно то, что через 17 лет после его смерти его останки были найдены неповрежденными, а его волосы были невероятно пышными, настолько, что было невозможно вырвать их с корнем; и когда сундуки, в которых находилось его тело, открылись, на это место опустился стойкий запах. Несомненно то, что то, что было самым человеческим или странным в ней, было проникнуто божественным.
9 июля 1859 г. Папа Пий IX признал ее преподобной, и с тех пор королева ждала «Славы алтарей».
Ее жизнь началась аномальным, если не откровенно неудачным образом: дочь короля Витторио Эмануэле I и Марии Терезы д'Асбурго родилась в Кальяри, вдали от туринского двора, в изгнании в эпоху Наполеона и в ощутимом разочаровании и унижении. тех, кто хотел, чтобы ее мужчина обеспечил династическую преемственность Савойи.
Ее мать хотела, чтобы маленькую принцессу крестили в день ее рождения, как бы в знак суеверного желания предотвратить дурное покровительство, под которым родилась Кристина.
В 1815 году Наполеон потерпел поражение при Ватерлоо и был вынужден покинуть страну на острове Сант-Эльба.
Таким образом, изгнанные монархи смогли вернуться в Турин, приветствованные ликующей и ликующей толпой, которая впервые увидела последнего рожденного из дома Савойи и не могла не быть поражена его грацией, хладнокровием и смирением. Они сказали, что она ангел.
Она была одной из тех привилегированных душ, которые, казалось, родились на этой земле без наследства первой вины, без беспорядочных страстей.
Она всегда подчинялась желаниям королевы-матери и своим старшим сестрам. Таким образом, маленькая девочка стала объектом нежности всей королевской семьи, но особенно ее матери Марии Терезы. Кристина, однако, никогда не злоупотребляла этим пристрастием, чтобы предаваться детским прихотям, и никогда не вызывала зависти у своих старших сестер: Марии Беатрис и близнецов Терезы и Марианны.